Сайт села Рябчи Брянской области
Вторник, 22.08.2017, 11:59
Меню сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск

Календарь
«  Август 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

Архив записей

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  •                                                                                                                                                                                                                                                                                                      

     

    Яндекс.Метрика                                                                                                                                                                                                                                                                        

     "Медленно история листается…

      Всё пройдёт,

      А Родина останется.»

                              В.Фирсов

     

     

     


     

     

     

            Село Рябчи находится на севере Брянской области. До 60-х годов прошлого века наше село называлось Рябчичи. По данным историка В. Крашенинникова село Рябчичи датируется концом XVII века. Совершенно очевидно, что основное население всегда составляли русские. Многие сёла назывались по именам их основателей. Можно предположить, что Рябчичи основали потомки человека по имени Ряб или Рябко. Формант -ичи - это древняя форма, называющая какой-либо род (радимичи, вятичи).

    Название отдельных мест в Рябчах и его окрестностях не такие древние, но тоже напоминают нам о людях, которых уже нет, и о событиях давно минувших дней. Например: Кондрашов лог, Жирин лог, Севырин лог. Слово "лог" на местном диалекте означает овраг. Видимо, вдоль этих оврагов, на дне которых протекают ручьи, жили семьи Кондрашовых, Жириных, Севыриных. Сейчас таких фамилий в селе Рябчи нет.

    Возле Рябчей, по дороге к деревне Болотня, самое высокое место называется Пацкин курган. Происхождение этого названия неизвестно.

    Через село протекает река Белизна и маленькие речушки Свинка и Хоперенка. По обоим высоким берегам речки Свинка раньше селились люди. Сейчас склоны вдоль Свинки заросли деревьями и кустарником, и только одичавшие яблони, груши, сливы указывают места, где раньше были усадьбы.

    Названия старых улиц села говорят сами за себя: Заозеро, Зароща, Большая Деревня, Поповка (здесь находился храм и был дом священника), Киселёвка (эту землю выкупили у помещика Дунаева И.И братья Киселевы). Улицу Киселёвка старожилы иногда называют Кировка - после войны там был колхоз имени Кирова. А Поповку еще называли Гора. На улице Поповка есть место, где мы в детстве очень любили играть. Это прямоугольная площадь, с трех сторон заканчивающаяся почти вертикальными и очень глубокими оврагами. Потом уже мы узнали, что это Городище - археологический памятник зарубинецкой и роменской культур ХI в. Местные жители называют это место Кирпичня. Так как почва там сплошная глина, то её когда-то добывали для изготовления кирпича. Печи для обжига кирпича располагались неподалёку, где теперь выросла берёзовая роща. Там до сих пор можно найти в ямах остатки этих печей.

     

     

    Скорее всего кирпич использовался для строительства храма, дома священника, надворных построек на его усадьбе. На том месте, где стоял дом, до сих пор из земли выкапываются обгорелые кирпичи и оплавленное стекло - видимо, дом сгорел во время пожара. А вот на развалинах церкви мы в детстве находили много осколков с позолотой, белой и голубой керамики. Находились  и целые тяжёлые изразцы: на внешней стороне - белый кафель, а на внутренней - клеймо изготовителя. На этой фотографии по клейму видно, что изготовлен изразец в городе Пропойске Могилёвской губернии на производстве Гончорова Фотография клейма изготовителя на внутренней стороне изразца из храма в селе Рябчи.
    Фотография клейма изготовителя на внутренней стороне изразца из храма в селе Рябчи.

     

     

    25 декабря 2012 года

    А вот ещё несколько вещей из прошлого.

    Лапти и онучи                                       Горлачи.

    Лапти и онучи.                                                                                               Горлачи.

    Ложечки.        Полотенце
                                 
    Ложечки найдены на месте,где была усадьба священника.     Вышитое домотканое льняное полотенце.


    19 декабря 2012года

    В давние времена на Руси зимой кроме повседневных домашних работ женщины ткали, пряли, вязали. Вяжут, конечно, и сейчас многие. А вот ткать и прясть... Недавно я была в гостях у своей бывшей соседки и увидела, что у неё стоит прялка с куделью из овечьей шерсти. Галина Павловна засмеялась: «Такие длинные зимние дни! Вот и пряду, а потом носки правнукам вяжу!" Прялка ей ещё от родителей в наследство осталась. В пору нашего детства такие прялки  зимой стояли в каждой хате. Ведь тогда носили самовязанные и носки, и варежки. Правда, у нас в деревне  говорили не "варежки", а "вярьги", «вязёнки". А в некоторых домах пряли нитки не только из овечьей шерсти, но и из льна. Подготовка льняной кудели - это был целый технологический процесс! После того, как стебли льна в течение месяца отлежали расстеленные на земле под солнышком и дождиками, их собирали и начинали мять и трепать:) Я хорошо помню льномялки - они у многих во дворах стояли. Это было почти горизонтально уложенное  бревно на ножках. Сверху вдоль выдалбливали паз шириной в ладонь. В него вставляли подогнанный по размеру паза брус. С одной стороны брус крепился в бревне, но так, что его можно было поднимать за ручку на другом конце бруса. Брус делали подлиннее бревна, так, чтобы ручка выступала - чтоб рукой по бревну не попадать. Из твердых, но хрупких стеблей льна после долгой "мялки" и трепания получались блестящие шелковистые на ощупь волокна. Их заготавливали осенью много, чтобы на всю зиму прясть хватило.

     А вот ткацкий станок (стан, как у нас говорили) подготовить к работе было сложно. Самое хитрое дело - "сновать", как я понимаю сделать основу. Это и мне приходилось делать под зорким присмотром соседки тёти Мани. На стене в их доме были забиты деревянные штыри, на которые надо было намотать нитки в строго определённом порядке. Вот я и ходила ("Сновала") туда - сюда с огромным клубком ниток. Потом эти нитки со стены переносились на стан и там закреплялись. Но это уже была работа не для дилетантов. Вытканное полотно измерялось не в метрах , а в "стенах", т.е. сколько раз закрепляли новую основу на стан.

    В нашей семье льняное полотно не ткали, а вот дорожки (половики по-нашему) ткали почти каждую зиму. У меня сначала получалось "рыхлое". Мама критиковала меня и говорила, что я тку "резьбины":)

    Навеяло воспоминания:)

    А это Галина Павловна за работой:


    И прялка сохранилась, и умение ловко работать на ней не забылось. Прялка

    И прялка сохранилась, и умение ловко работать на ней не забылось!

     
    20 октября 2013 года.
     
        Село Рябчи находится относительно недалеко от Белоруссии. Видимо, поэтому в годы нашего детства в селе местный диалект представлял собой  смешение русского и белорусского языков. Все произносили звук Г глухо, как Х (это называется фрикативное Г). Да, и сейчас так говорят. А вот если почти все раньше говорили "бЯгить" (бежит), "глЯдить" (глядит), "нЯсеть" (несёт), "вЯзеть" (везёт), "ён" (он) и так далее, то теперь уже такие слова услышишь реже. 
        В детстве для нас были привычны такие слова: вязёнки, вярьги (варежки); пляхотка (пелёнка); судень, судник (навесной шкаф); настольник (скатерть); кладка (переход через ручей); мост (полы в доме); няруш, нехай (пусть); надысь, надыся (вчера); горлач (глиняный кувшин с широким горлом); летося, летось (в прошлом году).
     

    с. Рябчи. Какой была помещичья усадьба. Из воспоминаний жителя с. Рябчи Сергеева Алексея Иосифовича

    «Из рассказов своего отца Сергеева Иосифа Ефимовича я помню следующее.

    Поместье располагалось, где сейчас растут лиственницы – на взгорье. Там стоял большой красивый помещичий дом. В доме было много комнат, мебель дорогая, привезенная из Москвы.

    Жену помещика звали Софья Дунаева, у Ивана Ивановича были две дочери – Лёля и Муся. Одна из них (не помню которая) была замужем за военным врачом Херасковым. Херасков участвовал в I-й империалистической войне, там же на войне с ним встретился и мой отец Иосиф Ефимович, который до 1910 года работал у помещика.

    Херасков погиб на войне.

    Уже в то время (приблизительно 1860-70 гг.) в доме помещика была вода, которую качали насосом, был электрический свет, вырабатываемый ветряком. Слепая обученная лошадь вращала привод, и когда давался горн на обеденный перерыв, лошадь останавливалась.

    У Дунаева имелась отдельная несгораемая постройка из красного кирпича, а окрашена белым, кованные двери. Там хранились ценности помещика и, наверняка, стояли и сейфы. После Великой Октябрьской революции и до Великой Отечественной войны в этой постройке располагалась пекарня.

    Ниже помещичьей усадьбы протекала речка Хаперинка (в настоящее время остался один ручеёк). На правом берегу Хаперинки рос большой красивый сад: яблони разных сортов, груши, много вишни, которые цвели каждую весну по склону горы, ягодные различные кусты, много цветов. Сад окружали аллеи из лип, ясеня и клёна. Через речку был сделан навесной перекидной мостик.

    Многообразие красивых цветов украшали помещичью усадьбу. Где сейчас (2005 год) стоит дом Бычковой Матрёны Ефимовны, там был сооружён фонтан – скульптура мальчика, держащего в руках шарик, который вращался, и лилась вода.

    Дунаев Иван Иванович имел при дворе несколько коров, а большая часть стада находилась в деревне Болотня. Рабочих лошадей было мало, в основном волы. Лошади имелись только для того, чтобы ездить самому помещику. Тройку рысаков летом запрягали в карету, а для зимних выездов был тёплый возок.

    Была у Дунаева и своя мельница. Речка кишела рыбой. Помнится мне такой случай, отец рассказывал: «Приехали какие-то в зимнее время поймать рыбки, договорились с помещиком на три вытаски. Вытянули первый раз, взвесили – 20 пудов, и Дунаев больше не разрешил, решив, что этого достаточно».

    В сторону Клетни в Певзнерове была у помещика пилорама. От Жуковской железной дороги до своей пилорамы Дунаев проложил железнодорожную ветку. Валил лес, раскряжевывал, отправлял в Москву. Кстати, яблоками из своего сада тоже торговал в Москве, там у него были свои связи.

    Сергеев Ефим Никитович – мой дед, вёл строительство этой железнодорожной ветки. А когда он, в 1885 году приехал на жительство в село Рябчи из Владимирской области, то Дунаев И.И. дал ему и его семье квартиру лесника в деревне Болотня.

    У помещика был управляющий – Воропаев, содержал Дунаев и садовника».